LV
Вернуться на главную
Латвийская русская школа в европейской реальности

 

       Еще на заре восстановления государственной независимости Латвии начались дискуссии о судьбе русской школы. В 1991 году был принят закон об образовании; он не ущемлял права нацменьшинств на обучение в средней школе на родном языке.
            До 1995 года в Латвии образование для русской лингвистической группы предоставлялось на русском языке (33,4% учащихся общеобразовательных школ): успешно работали польские, еврейские, украинская, белорусская и другие школы национальных меньшинств (0,4% всех учащихся).
В 1995 году Сейм Латвии принял поправку к пятой статье закона об образовании, в соответствии с которой в школах нацменьшинств два предмета в основном звене (1-9 классы) и три предмета в среднем звене (10-12 классы) должны изучаться на государственном (латышском) языке. Поправка была принята без предварительной подготовки учителей и учащихся школ нацменьшинств преподавать и изучать предметы на государственном языке.
Особую остроту дискуссии приняли после 1998 года, когда первая редакция ныне действующего закона об образовании, казалось, ставила крест на судьбе русских школ. Но не случилось, школьная революция под руководством Штаба защиты русских школ и Конституционный суд сумели отстоять русские школы. Однако вопрос – а есть ли вообще в Латвии русские школы с учетом принудительного билингвизма, до сих пор вызывает неоднозначные ответы. Вначале о законодательной стороне ответа на этот вопрос.
Закон об образовании никак не определяет статус русской, белорусской, еврейской или любой другой школы. Таких понятий в законе об образовании вообще нет. Есть понятие – школа, работающая по программе образования нацменьшинства. При лицензировании программы образования школа имеет право и обязана, указать приоритеты учебно-воспитательного процесса, в том числе и один или несколько культурных компонентов. Фактически закон об образовании разрешает школам вести культурное образование учащихся по одному, двум или нескольким культурным программам. Однако абсолютное большинство русских школ лицензировали свои программы образования с учетом двух доминант – приоритет русскому языку и русской культуре в обучении и в воспитании.  
         Согласно пункту 2 статьи 41 закона об образовании, школы нацменьшинств самостоятельно создают компоненты этнической культуры учащихся. Эти компоненты являются составными частями программы образования. При проведении аккредитации школ, комиссия оценивает качество работы школы, в том числе и по культурному компоненту. Поэтому заявления о том, что русские школы не являются русскими, потому что по закону не должны сохранять идентичность учащихся – это ложь некомпетентных людей. Все школы Латвии, в том числе и русские школы, обязаны это делать в соответствии с требованиями закона.
Исключительную роль в сохранении русской школы сыграло решение Конституционного суда от 13 мая 2005 года. В решении сказано, что каждая школа выбирает такие программы образования, чтобы обеспечить качественные знания учащихся с разными уровнями владения государственным языком. Для этого, программы образования должны максимально использовать обучение НА ДВУХ языках, а не преимущественно или исключительно на государственном языке. Суд определил, что ученики школ нацменьшинств имеют право выбора языка ответа на экзаменах. Таким образом, билингвизма в каждом конкретном классе должно быть ровно столько, сколько не вредит качеству знаний по каждому предмету. Это определяет сама школа и указывает в программе образования.   
Что касается названия школы, то закон об образовании дает ответ и на этот вопрос. В 26-ой статье закона определено, что в названии школы должны быть указания на этап, например, основная или средняя и вид образования, например, общеобразовательная или профессиональная. Более того, школа имеет право на сохранение исторического названия по согласованию с министерством образования и науки. Запретов на название «русская» в законе нет. В пункте 4 статьи 17 говорится, что местное самоуправление учреждает, реорганизует и ликвидирует учреждения образования, в том числе и школы. И если администрация школы, педагоги, родители желают, чтобы школа имела в своем названии слово «русская», а программа образования отвечает требованиям закона, то обращаться нужно в самоуправление и МОН. Хотя нет никаких проблем в том, что русская школа не имеет специального названия. Дело ведь не в форме, а в содержании. Итак, закон об образовании не запрещает создание и функционирование русских школ. Во всяком случае пока.
Может быть существование русской школы в Латвии не соответствует международным стандартам? Во Всеобщей декларации прав человека (ООН, 1948 г.), в статье 26, п.3. сказано: «Родители имеют права приоритета в выборе образования для своих малолетних детей (Возраст детей в Латвии определён до 18 лет)».
        Заглянем в Декларацию о правах лиц, принадлежащих к национальным или этническим, религиозным и языковым меньшинствам (ООН, 1992 г.), статья 4, п.3. говорится: «Государство принимает соответствующие меры к тому, чтобы там, где это осуществимо, лица, принадлежащие к меньшинствам, имели надлежащие возможности для изучения своего родного языка или обучения на своём родном языке».
            Рамочная конвенция о защите национальных меньшинств (Совет Европы, 1994 г.), Латвия подписала Конвенцию в 1995 году. В статье 14, п.2. сказано: «В регионах со значительным или традиционным присутствием лиц, принадлежащих к нацменьшинствам, стороны, насколько это возможно и в рамках своих образовательных систем, в случае достаточной потребности в этом, стремятся обеспечить, чтобы лица, принадлежащие к этим меньшинствам, имели надлежащие возможности изучать язык своего меньшинства или получать образование на этом языке».
            Гаагские рекомендации в отношении прав на образование для национальных меньшинств, допускают образование на родном языке: начальное, основное, среднее, профессиональное, а при наличии значительного количества представителей нацменьшинств и высшее на родном языке, при качественном изучении государственного языка.
Разработана Европейская хартия региональных или миноритарных языков (European Charter Regional or Minority Languages), предусматривающая обязательства стран – участниц по всестороннему сохранению и развитию на их территории миноритарных языков. Опыт Европы последних лет наглядно свидетельствует о том, что расширение функций миноритарных языков вовсе не мешает функционированию общегосударственного языка, не препятствует сохранению общегосударственного единства.
            В Европе немало стран, в которых языки нацменьшинств используются в качестве средства обучения и предмета изучения, например, Австрия, Бельгия, Венгрия, Греция, Дания, Испания, Италия, Польша, Румыния, Соединенное Королевство, Финляндия, Швеция, Андорра, Люксембург. Обратите внимание, в этих странах межнациональные отношения в целом стабильны.
            Европейский опыт образования нацменьшинств преимущественно на их родном языке показывает, что сохранение латвийской русской школы с преимущественно русским языком обучения не нарушает международных стандартов, никак не повредит общегосударственному единству Латвии и уж тем более не ведет к сегрегации русской общины. Поэтому нет никаких оснований для почти полной латышизации русских школ, задуманной радикальными политиками, под предлогом «укрепления позиций государственного языка». Принудительная ассимиляция никогда и ничего не укрепляет, она только углубляет расколы в обществе, а порой доводит и до гражданской войны.  
 
Валерий Бухвалов, Dr.paed.
Яков Плинер, Dr.paed. 


X

.:Напишите нам письмо:.

* Обязательные поля..









* Текст сообщения.
Введите текст с картинки :
X

.:Подписка:.

* Обязательные поля.





Введите текст с картинки :

Подписка дает возможность автоматически получать обновления разделов «БИБЛИОТЕКА» и «ЛЕКТОРИЙ».