LV
Вернуться на главную
Ценности русской крестьянской общины
Часто мы слышим слова о загадочной русской душе, о широте русского характера (по образному выражению Ф.М.Достоевского, «русская душа ушиблена ширью»), повторяем вслед за русским поэтом Ф.И.Тютчевым, что «умом Россию не понять». Чем же мы так отличаемся от представителей других национальностей? Может, стоит обратиться к истокам – к русской культуре, к основным ее ценностям, которые в течение многих веков формировали особую идентичность – русского человека, не похожего своей ментальностью ни на европейцев, ни на азиатов.
      Важнейшую роль в истории России и в формировании русской культуры сыграла русская крестьянская община, и ценности русской культуры в большой степени являются ценностями русской общины. Сама община, «мир» как основа и предпосылка существования любого индивида является древнейшей и важнейшей ценностью. Ради «мира» человек должен пожертвовать всем, в том числе своей жизнью. Это объясняется тем, что значительную часть своей истории Россия прожила в условиях осажденного военного лагеря, когда только подчинение интересов отдельного человека интересам общины позволяло русскому народу сохраниться как самостоятельному этносу.
     Интересы коллектива в русской культуре всегда выше интересов личности, поэтому так легко подавляются личные планы, цели и интересы. Но в ответ русский человек рассчитывает на поддержку «мира», когда ему придется столкнуться с житейскими невзгодами (своеобразная круговая порука). В результате русский человек без неудовольствия откладывает свои личные дела ради какого-то общего дела, из которого он не извлечет выгоды, и в этом и заключается его привлекательность. Русский человек твердо уверен, что нужно сначала устроить дела социального целого, более важные, чем его собственные, а потом это целое начнет действовать в его пользу по собственному усмотрению. Русский народ — коллективист, который может существовать только вместе с социумом. Он его устраивает, переживает за него, за что тот в свою очередь окружает его теплом, вниманием и поддержкой. Чтобы стать личностью, русский человек должен стать соборной личностью.
      Остановлюсь на этом утверждении подробнее. Несколько лет назад в Латвии была проведена школьная реформа, так называемая реформа образования, когда без консультаций с русской общественностью «верхами» было решено перевести русские школы на латышский язык обучения. У любого организма есть защитная реакция: когда в него вводят что-то инородное, он начинает вырабатывать антитела. Так и получилось! Акции протеста против навязываемой реформы прокатились по всей стране! Все – и старики, и взрослые люди, и дети вышли на улицы городов. В латышской прессе откровенно говорилось, что школьная реформа нужна «для расторжения цепи семейной, национальной преемственности – чтобы в Латвии прибавилось быдла, непомнящего родства» (дословная цитата из газеты «Diena»). Нет худа без добра – именно эта реформа пробудила русское самосознание, заставила русских вспомнить о чувстве коллективизма, соборности и выйти на площади с требованиями к властям быть благоразумными. Благодаря массовым манифестациям, мы (весь наш педагогический коллектив принимал активное участие в шествии) одержали маленькую победу: полной ликвидации образования на русском языке не получилось.
     Справедливость — еще одна ценность русской культуры, важная для жизни в коллективе. Изначально она понималась как социальное равенство людей и была основана на экономическом равенстве (мужчин) по отношению к земле. Эта ценность является инструментальной, но в русской общине она стала целевой. Члены общины имели право на свою, равную со всеми, долю земли и всех ее богатств, которыми владел «мир». Такая справедливость и была Правдой, ради которой жили и к которой стремились русские люди. В знаменитом споре правды-истины и правды-справедливости именно справедливость одерживала верх. Для русского человека не так уж важно, как было или есть на самом деле; намного важнее - что должно быть. Именно позициями вечных истин (для России эти истины были правдой-справедливостью) оценивались мысли и поступки людей. Важны только они, иначе никакой результат, никакая польза не смогут их оправдать. Если же из задуманного ничего не выйдет — не страшно, ведь цель-то была благая.
      Думаю, и с этим выводом согласится мой читатель. Всем русским ведомо чувство справедливости, ну а если ее нет? Что ж, мы вздыхаем, и продолжаем мечтать о ней, о Справедливости.
     Отсутствие индивидуальной свободы определялось тем, что в русской общине с ее равными наделами, периодически проводившимися переделами земли, чересполосицей было просто невозможно проявиться индивидуализму. Человек не был собственником земли, не имел права ее продавать, не был волен даже в сроках посева, жатвы, в выборе того, что можно культивировать на земле. В такой ситуации было нереально проявить индивидуальное мастерство, которое на Руси совсем не ценилось.
     В наши дни складывается ситуация иная – мы ощущаем себя свободными и пользуемся этой свободой: свободой слова, вероисповедания, выбора жизненного пути и пр. Правда, на деле это далеко не та индивидуальная свобода, которую имеет, скажем, житель Западной Европы.
     Привычку к авральной массовой деятельности воспитало это же отсутствие индивидуальной свободы. Здесь странным образом сочетались тяжелый труд и праздничный настрой. Возможно, праздничная атмосфера была своеобразной компенсацией, которая позволяла с большей легкостью перенести тяжелый труд и отказаться от личной свободы в хозяйственной деятельности.
     Здесь не будет лишним вспомнить субботники и воскресники, на которые без большого энтузиазма выходили, но возвращались веселыми и довольными. И сейчас я с радостью наблюдаю возрождение этой традиции.
     Стремление к увеличению богатства считалось грехом. Естественно, в ситуации господства идеи равенства и справедливости богатство не могло быть признано ценностью. Поэтому в русской среде хорошо известна пословица: «Трудом праведным не наживешь палат каменных». Труд сам по себе также не был ценностью на Руси (в отличие, например, от протестантских стран). Конечно, труд не отвергается, везде признается его полезность, но он не считается средством, автоматически обеспечивающим осуществление земного призвания человека и правильное устроение его души. Поэтому в системе русских ценностей труд занимает подчиненное место.
     Конечно, не все согласятся с подобными утверждениями. Однако я рассуждаю так: жизнь, не ориентированная на труд, давала русскому человеку свободу духа (отчасти иллюзорную). Это всегда стимулировало творческое начало в человеке. Оно не могло выразиться в постоянном, кропотливом, нацеленном на накопление богатства труде, но легко трансформировалось в чудачество или работу на удивление окружающих (изобретение крыльев, деревянного велосипеда, вечного двигателя и проч.), т.е. совершались действия, не имевшие смысла для хозяйства. Наоборот, часто хозяйство оказывалось подчиненным этой затее.
     Терпение и страдание во имя «мира» (но не личное геройство) — еще одна ценность русской культуры, иначе говоря, цель совершаемого подвига не могла быть личной, она всегда должна быть вне человека. Широко известна русская пословица: «Бог терпел, да и нам велел». Не случайно первыми канонизированными русскими святыми стали князья Борис и Глеб; они приняли мученическую смерть, но не стали сопротивляться своему брату, князю Святополку, захотевшему их убить. Смерть за Родину, гибель «за други своя» приносили герою бессмертную славу. Не случайно в царской России на наградах (медалях) чеканились слова: «Не нам, не нам, но имени Твоему».
     Терпение и страдание — важнейшие принципиальные ценности для русского человека наряду с последовательным воздержанием, самоограничением, постоянным жертвованием собой в пользу другого. Без этого нет личности, нет статуса, нет уважения окружающих. Отсюда проистекает вечное для русского человека желание пострадать — это желание самоактуализации, завоевания внутренней свободы, необходимой, чтобы творить в мире добро, завоевать свободу духа. Вообще, мир существует и движется только жертвами, терпением, самоограничением. В этом причина долготерпения, свойственного русскому человеку. Он может вытерпеть очень многое, если он знает, зачем это нужно.
      Ценности русской культуры постоянно указывают на ее устремленность к некоему высшему, трансцендентному смыслу. Для русского человека нет ничего более волнующего, чем поиски этого смысла. Ради этого можно оставить дом, семью, стать отшельником или юродивым (и те, и другие были весьма почитаемы на Руси). Для русской культуры в целом таким смыслом становится русская идея, осуществлению которой русский человек подчиняет весь свой образ жизни.
     Ценности, на которых в данной статье остановилась я, очень противоречивы. Русский человек одновременно мог быть храбрецом на поле боя и трусом в гражданской жизни, мог быть лично предан государю и одновременно грабить царскую казну (как князь Меншиков в петровскую эпоху), оставить свой дом и пойти воевать, чтобы освободить балканских славян. Высокий патриотизм и милосердие проявлялись как жертвенность или благодеяние (но оно вполне могло стать «медвежьей услугой»). В своей жизни я не могу не следовать тем законам, которые впитала с молоком матери. И она была воспитана своими родителями так же. Связь поколений не прерывается и все, что ценили наши предки, для нас является непреложной истиной.
В работе использованы материалы интернет-ресурса:
Каширина А.В.,
магистр филологии,
учитель русской словесности


X

.:Напишите нам письмо:.

* Обязательные поля..









* Текст сообщения.
Введите текст с картинки :
X

.:Подписка:.

* Обязательные поля.





Введите текст с картинки :

Подписка дает возможность автоматически получать обновления разделов «БИБЛИОТЕКА» и «ЛЕКТОРИЙ».